По дороге к источнику …

В ритме пульса.

Я помню, мама. 1977-1983
Огненным осколком память обожгло,
Застонало сердце, загорелось в жилах.
— Как вчера, а сколько, сколько лет прошло!
Жили ли мы? Живы ли мы? Живы…
Я, прижавшись к маме, старенький диван,
В полутьме вечерней, в радости уютной
И – ворвавшийся в наш мир телеэкран
Словом о войне, угрозой смутной.
Мама приумолкла, я боюсь вздохнуть,
Словом неуклюжим прикоснуться к боли.
…Бравый новобранец, собираясь в путь,
распевает о солдатской доле.
Лихо льётся песня под гитарный бой…
А у мамы скорбью разломило брови.
— Мама, мама, милая, что, скажи, с тобой?
— Сколько ж люди повидали горя!
Было ей семнадцать (и семнадцать мне!) –
Да подправлен год – чтоб взяли – восемнадцать…
Мы, ее ровестники, что знали о войне?
Памятью мы слепы. Новобранцы…
Насмотрелись фильмов, начитались книг,
Посетили Саласпилс, — казалось, ранит.
Но сравнить ли раны наши и у них,
Тех, кого сильнее ранит память?
— Знаешь, так бомбили в тот блокадный год.
И – усталость. Только б сесть и — голову в колени.
Как осколком в памяти: дом, парадный вход,
Женщины, прижавшись на ступенях.
Взрывами – забвение, болью – тишина.
“Все, отбой”, — плеча одной коснулась, как толкнула:
Смерть осколком в полуметре от меня прошла,
А в меня лишь холодом подула.
Память жжёт. Войну сжав в миг, в короткий сон,
Сочный, словно в анатомии цветная вкладка:
На земле, в кольце кишок, моя подруга. Стон.
В горле спазм. И запах крови сладкий.
Не было у мамы на плечах погон.
Выносила мама, приняв, как награду,
Все, что на них вывалил ладожский фургон:
Сгусток тел и глаз, смертей и смрада.
— Помню: дети-тени, вижу: бабы-мальчики,
меченные смертью, как обсыпанные сажей.
Обручем на шее сцепленные пальцы
Помню не душою, помню кожей.
Пальцы обезумевшей, спасенной из кольца,
На меня обрушевшей разом гнев свой страшный
За бесстыдно-белую косынку санкреста,
За протянутую ложку каши…
Маму не война отняла. Не ее весна
Над землей надеждой и победным маршем льется.
Только памятью ее моя обожжена.
Болью,
как любовью,
сердце бьется.

Сыну. 1984
Еще не слышно ни движения, ни жизни,
Но ты уже живешь, ты дышишь, ты растешь!
Ты словно не во мне, ты – надо мною прежней,
И каждый день и даже час наперечет.
Я становлюсь спокойнее и строже,
А у плеча – заботливей плечо.
В тебе – нас двое, ты всего дороже.
Ты только не спеши, расти еще!

Вальс ко дню рождения. 1987
Осыпаются каштаны,
Отцвели, отцеловали,
Каждый год в день долгожданный
Мир наполнив красотой.
Разметёт усердный дворник
Бело-розовую россыпь,
И начнёт победно поступь
Год, увенчанный весной.
А потом наступит осень,
Лёд скуёт асфальт продрогший,
И декабрь бросит оземь
Горстью снега, уходя.
Светофор вдруг вздрогнет красным,
И на миг вернётся сказка,
Бело-розовая пляска
Снега, света и огня.
Жизнь течёт неумолимо,
Год сменяется за годом,
Появляются седины,
Изменяется лицо,
Но когда мне стукнет двести
На каштанах вспыхнут свечки,
И осыпет землю вечность
Бело-розовой пыльцой.

Каштану. 1986
Друг мой любезный,
Каштан величавый,
В мире безбрежном
Любви и печали,
В сутолке мыслей,
В листании истин,
Знаю, что высшая –
В шелесте листьев,
В страстном цветении,
В буре и в боли,
В сладком биении
Плода на ладони.

На Рижском взморье. 1987
Шорох набегающей волны,
Шелковой, ласкающей, живой
Истинней восторженной молвы
В этот вечер, пасмурно-сырой.
Прелый запах моря и листвы
И песок, хранящий летний блеск…
Это осень. Но не осень суеты.
Осень мудрости, уставшей от утех.

Дочери. 1988
Видимо, каждая клеточка знала,
Только ту тайну от сердца хранила,
Если боль болью лишь быть перестала
И с каждым всплеском мне радость дарила.
Радость движения из микромира
В мир человеческий, залитый светом,
Сердце в огне охраняя от взрыва,
Свято хранила судьба тайну эту.
Комом любви и живительной силы
Мне под виски, где пульсирует гулко,
Мне, давшей жизнь,
Чтоб вернуть меня к жизни
Невероятным, желанным : “дочурка”!

Снег. Улица. Фонарь. 03/99
На меня снизошла Благодать –
Мне сейчас лишь фонарь – друг и свет!
Как еще это чудо назвать –
Когда падает медленно снег…
Мне фонарь отчертил белый круг,
Разорвав вдруг мой суетный бег,
Утонул в невесомости звук,
Только падает медленно снег…
На мгновение, здесь и сейчас,
Ощущаю немыслимость лет,
Слышу вечности радостный глас.
Просто падает медленно снег.

Солнечный календарь. 03/00
За облаками белыми – луна,
А я брожу по берегу одна,
Мерцает одинокая звезда
И чуть грохочут где-то поезда.
Луна дрожит в серебряном пруду,
И я сама с собою не в ладу,
Веду с собой серьезный разговор,
Как я жила на этом свете до сих пор?!
Суббота, понедельник и четверг,
Недели за неделей скорый бег,
За январем покажется апрель…
Не для того ж мне в мир открыли дверь!
Как измеряла я свой срок земной
Холодной переменчивой луной,
По лунному живя календарю
И вознося вечернюю зарю?!
А мне подарен Богом светлый день,
И в нем есть яркий свет, и, значит, тень,
И четче грань между добром и злом,
Ничто и все – в дыхании одном.
И мне открылось вдруг – чтоб жить начать,
Я день должна не провожать, — встречать!
Чтоб после битв ночных в разломе туч
Увидеть солнечный победный луч,
Его в себя впустить по позвонкам,
И силу чувствам дать и суть словам,
В себе гармонию чудес найти
И до зари вечерней донести!

Тихо. 05/00
Удивительно тихо
И хочется
С головой окунуться в себя.
И назваться по имени-отчеству.
И понять – в этом мире кто я?

В автобусе. 08/00
Ребенок плачет
Надрывно, жалобно…
Не мой, но, кажется,
Взяла бы на руки,
Прижалась к щёчечке,
Чуть слышно, ласково,
Сказала б шёпотом:
“Не бойся, маленький!”

Millenium. 12/00
Лёг снег
После долгих, занудных дождей.
И ВЕК,
Век прогресса, идей и вождей
Уснул
Под покровом земной белизны,
Ушёл,
Новый спит в ожиданьи весны.
Векам
Не подвластен бой звездных часов.
100 лет
от зимы до зимы – их срок.
Богам
Свой век
Отмерять выбор дан.
Как Бог жизнь прожить кто бы смог?

В Рождество. 12/01
Пусть не будет поспешных решений,
Пусть не будет обид и терзаний,
Даже легких не будет сомнений
В час когда придет время желаний.
И когда над свечой в белом пламени
Вам дыханье Вселенной почудится,
Вы свое ей откройте желание,
И оно обязательно сбудется!

Ко дню свадьбы. 1991-2002
1991, октябрь
10 лет – что за срок?
Это много или мало?
Вновь осенним покрывалом
Застилает нам порог.
Тот же взгляд, словно зов,
И ладонь в ладони жжется,
Только – в общем доме льется
Пара детских голосов.
10 лет – это что?
Это взлеты и паденья
Или сладкое забвенье
В сумрачном уюте штор?
10 лет – лишь ступень
От рассвета до заката.
И награда, и расплата
За рождающийся день.

1996, октябрь
И опять – через 5
Все горит огонь священный,
Своим трепетным свеченьем
Отгоняя старость вспять.
Чтоб любить и творить,
Сердцем сердца стук услышав,
Сколь даровано нам свыше –
Будем жить!

2001, октябрь
Уж 20 лет прошло,
А все сильна любовь,
Что вместе мы по жизни пронесли,
Что родилась однажды и живет
Легко и прочно
Где-то здесь, в груди.
Она уже не та,
Что нас с тобой свела,
И не нужны слова
Друг друга чтоб понять,
Подарены судьбой нам два крыла –
Летим!
И, дай нам Бог, чтоб их не потерять!

HAPPY 21 YEAR! 3 x 7!
2002, октябрь
Семь звеньев прочных есть в цепи
С названием “СЕМЬ-Я”,
Их по три раза мы прошли
С тобой — и ты и я :
Безропотно терпеть,
Безоговорочно прощать,
Безмерно отдавать и
Безоглядно доверять,
Без сожаления последнее с другим делить,
Без устали надеяться и
Безрассудочно любить.
Как нот, цветов, миров – их ровно семь.
И в каждом — я.
И ты.
И вольно всем.

 

2004. Май

Как мило,
как нежно,
как сладко,
когда распускаются листья,
когда пробивается травка,
и все наполняется жизнью…
Из года в год,
каждой весною,
и каждый раз – словно впервые
встречаю День с первой листвою,
и в нем собираю дары я.
Пыльцою березовой желтой
Лечу вверх и падаю вниз я…
Весь мир озарен силой Божьей,
Когда распускаются листья..

 

2019. Ноябрь

В эту осень сизую
Я добавлю красок:
С ветки барбарисовой –
Ягод ярко-красных
И листву, опавшую
С золотистых кленов
И росу, отдавшую
Жемчугом зеленым.
Кистью небо промокну –
Проглянется просинь.
Носом прилеплюсь к окну..
Улыбнется осень

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *