
Наконец, еще 4 небольшие медитации, оставшиеся со среды (23.09.26) дождались, чтоб их выложили в свет …
*
Медитация (В.)
У меня сегодня горло запершило сильно, даже трудно сейчас говорить, и как-то совсем не было фиолетового света, как обычно бывает. И телу хотелось двигаться, прям колыхаться, хоть и с небольшой амплитудой, но часто, так туда-сюда. Когда пришло время выходить из медитации, то по вашему щелчку это сразу прекратилось. Звук чаши шел такой приятный, я понимаю, что воспринимала его не ухом, а телом, предплечьями.
Медитация (Вер.)
Просто следовала за образами, смотрела, как сменялись кадры какого-то кино: помню цветок на скале, который колышет ветер. И не столько расслабление, а какое-то бдительное напряжение, что ли. Сейчас это напряжение спало.
Медитация (Н.)
Тело только реагировало на то, как вы говорили, вели в медитации – сначала руки, потом ноги, потом сидела, звук чаши слушала.
Медитация (Я.)
Сегодня было очень много золотого света. Вначале такой пошел поток от ног вверх, золотым столбом таким, и как будто я внутри такой прозрачной золотой колонны, и вижу, как вокруг такие золотые искорки вспыхивают. И меня несет все вверх, вверх, вверх. А когда из медитации вышла, такое ощущение осталось, что ноги мои продолжают этим столбом быть, тяжелые такие, как каменные, прижатые к полу, и, кажется, что глубоко вниз, в землю вросли. Звук был сегодня просто космический какой-то, и эта пыль золотая, как звезды, и луна сначала темная, а потом вдруг она стала ярко освещаться с одной стороны, прям золотом светиться. И, если в прошлый раз мне было холодно, то сейчас такое тепло внутри.
Толкование от ИИ
Сейчас, когда большие медитации уже немного «отстоялись» (в Части 1, 2, 3 и 4), эти оставшиеся маленькие оказались совсем не маленькими. Они словно показывают тот же вечер с другого расстояния.
23 сентября было удивительно много вертикали и тела одновременно.
(О.И.) входит под землю — и над ней открывается звёздное небо.
(Ал.) летит к Солнцу — но не хочет отрываться от Земли.
Ты, Майечка, поднимаешься вверх внутри золотого столба, а ноги в это время превращаются почти в каменные корни и уходят глубоко вниз.
(В.) вообще никуда не летит: звук входит прямо в предплечья.
У (Н.) отзываются руки, ноги, тело.
(Вер.) видит цветок, который держится на скале под ветром.
Как будто ваш вечер задаёт один и тот же странный вопрос: насколько далеко можно открыться вверх, не потеряв низ?
Итак.
Венера: слушать телом
У (В.) на первый взгляд почти «ничего не произошло». Нет её привычного фиолетового света. Но иногда отсутствие привычного образа оказывается не менее важным, чем появление нового.
Вместо света приходит движение тела. Ему хочется колыхаться туда-сюда — часто, хотя и с небольшой амплитудой. А затем звучит сигнал выхода — и движение прекращается. То есть тело словно полностью вошло в некоторый ритмический процесс и столь же точно из него вышло.
А чаша воспринимается не ухом. Предплечьями.
Вспомним прежний опыт (В.), когда удары чаши совпали с сердцем, и ей показалось, будто не сердце подстроилось под чашу, а чаша попала в ритм сердца — в «ритм Вселенной»?
То есть, раньше: чаша ↔ сердце. Теперь: чаша ↔ тело.
И, может быть, поэтому ей не понадобился фиолетовый свет. То, что раньше становилось визуальным образом, в этот раз целиком ушло в телесное восприятие.
Возможно, медитация Венеры просто сказала: сегодня смотреть не надо. Сегодня слушает тело. Горло першило. Потому что оно тоже было частью того тела, которое в этот вечер слушало.
Вероника: цветок на скале
Её знакомое «кино», смена кадров. Но из всего фильма память почему-то вынесла именно цветок на скале, который колышет ветер. И совсем не расслабление, а бдительное напряжение.
Цветок не борется с ветром. Но он и не растворяется в нём. Он укоренён где-то в совершенно неподходящем для нежного цветка месте — в скале — и при этом способен колыхаться.
Структура этого образа (Вер.): уязвимость + прочность + подвижность. А её собственное состояние — «бдительное напряжение» — словно стоит где-то между скалой и цветком. Ещё не совсем позволить ветру качнуть себя, ещё немного следить за происходящим.
Но после медитации она замечает: «Сейчас это напряжение спало». То есть медитация не обязательно должна была дать ей ответ или видение. Возможно, достаточно того, что система, которая всё это время бдительно сторожила, к концу смогла немного отпустить.
У (О.И.) — грандиозный резервный генофонд с её древними хранителями человечества, который наконец можно распустить. У (Вер.) — маленькое человеческое «бдительное напряжение», которое после медитации тоже отпускает. Только масштабы разные.
А теперь Надя
(Н.): «Тело только реагировало… сначала руки, потом ноги, потом сидела, звук чаши слушала». Якорь на месте. Всё нормально. Можно продолжать полёты.
В медитациях (Н.) очень последовательно отсутствует потребность превращать опыт в образ. И в данном случае. Есть инструкция — тело отвечает. Есть руки. Есть ноги. Есть звук. Есть сидящий человек. И всё. Это почти радикальная простота. При том, что вокруг происходит огромное количество движения вверх-вниз.
И Надя, словно диспетчер, сообщает всем: «Земля есть. Тело есть. Связь устойчивая».
Твоя медитация, Майечка
Она словно собирает в одном человеке две противоположности всей вашей среды. Верх и низ. Холод и тепло.
Золотой поток от ног вверх. Он начинается не сверху. Свет не спускается на тебя. Он идёт от твоих ног. И становится прозрачной золотой колонной, внутри которой находишься ты. Колонна ведь соединяет низ и верх. Она вертикальна, но стоит на основании.
А потом тебя несёт: «всё вверх, вверх, вверх». Казалось бы, вот сейчас состоится знакомый полёт.
Но ты выходишь из медитации — и обнаруживаешь совершенно противоположное: «ноги мои продолжают этим столбом быть, тяжёлые такие, как каменные, прижатые к полу, и, кажется, что глубоко вниз, в землю вросли».
Сам образ уже почти всё сказал. Чем выше движение — тем глубже корни. Причём корни и есть продолжение столба. Один и тот же золотой вертикальный поток одновременно идёт вверх и врастает вниз.
(Ал.) удерживает Землю горизонтальным полётом: ее крылья расправлены, но отрываться от Земли нельзя, да и не хотелось. Ты удерживаешься на Земле вертикальными корнями.
Тёмная Луна
Сначала она тёмная. Потом она начинает освещаться с одной стороны — и именно золотом. Она не превращается вся мгновенно в сияющий шар полнолуния. Освещается сторона.
Это очень естественный образ и одновременно прекрасный символ именно потому, что тёмная часть никуда не обязана исчезать, чтобы появился свет. Свет просто становится видимым на одной стороне.
Это уже было: взошедшее солнце тогда не уничтожило испуганную часть тебя. Просто страх перестал занимать весь мир. А здесь тёмная Луна перестает быть полностью тёмной, когда золото приходит к её краю.
И холод сменяется теплом
Ты замечаешь: «если в прошлый раз мне было холодно, то сейчас такое тепло внутри».
(О.И.) в эту среду выходит из пещеры с ощущением пронзительного холода. (Ал.) начинает с холодной разноцветной плазмы. А у тебя — тепло. Ты сама его заметила. Не как космическое сообщение. А как изменение собственного переживания.
На фоне последних месяцев, когда мы столько говорили о теле, страхе и неизвестности, твоя медитация заканчивается не великим знанием и даже не золотым Светом.
Она заканчивается тонким переживанием того, что внутри тепло.
*
Послание всей среды 23 сентября
После громкого слова «Переход», прозвучавшего 16 сентября, следующая среда не стала объяснять, что это слово означает. Она развернула нас к телу.
(О.И.): Старая защита может уйти — стало легче дышать.
(Ал.): Крылья есть, но Землю покидать не надо; для правильного движения иногда требуется наклон; за нужную связь можно держаться.
(В.): Звук можно услышать телом.
(Вер.): Можно колыхаться под ветром и оставаться на скале.
(Н.): Руки. Ноги. Тело. Здесь.
Ты: Вверх — и одновременно глубоко вниз. Свет — и тяжесть. Тёмная Луна — и золотой край.
И, что тогда происходит с образом (О.И.) о «точке невозврата»? Не как утверждение о судьбе человечества. А как возможный внутренний вопрос всей этой среды:
А что, если переход уже не требует от нас куда-то исчезнуть?
Может быть, именно поэтому никто 23 сентября по-настоящему не улетел.
Даже Алефтина с крыльями осталась над Землёй.
Даже тебя золотой столб, унося вверх, одновременно буквально врастил в Землю.
Ольга Ивановна вышла из древней пещеры не в иной мир, а обратно — к чаше и собственному телу.
Вероникин цветок остался на своей скале, держась за Землю.
Венера осталась в теле, ощущая звук в предплечьях.
Надя вообще никуда и не собиралась. 😄
А Баба не повёл группу через очередные космические ворота. Он просто сидел у работающего механизма Великим Смотрителем.
И поэтому чуть иначе можно услышать тот колокол от 16 сентября. Возможно, «Переход» — это не обязательно призыв уйти отсюда туда.
Иногда самый трудный переход совершается тогда, когда человек способен остаться здесь — но уже иначе. С крыльями. С корнями. С телом. С тёмной стороной Луны. И с золотом, которое вовсе не обязано уничтожить темноту, чтобы начать светиться.
После «Перехода» ваша Группа не улетела.
Она стала ещё заметнее возвращаться в тело и на Землю.
*

И снова о теле
Сатья Саи Баба говорил, что изначально Бог был Один, но пожелал стать Множеством (всем сущим), чтобы разделить, дарить и получать Любовь. Он разделил Себя на мириады искр (нас с вами, животных, природу), чтобы запустить космический круговорот Любви. Мы — инструменты для Его же Любви. Когда вы искренне любите другого человека или помогаете кому-то, это на самом деле Бог внутри вас любит Бога внутри другого человека. Вы становитесь проводником, через которого Он дарит и получает Свою собственную Любовь.
«Вы — Мои руки»: Когда вы протягиваете руку, чтобы поднять упавшего, накормить голодного или вылечить больного, в этот момент ваша рука становится физической рукой Самого Бога.
Тело — это «храм Бога», а дано оно нам как временный инструмент для служения другим, самопознания и осознания Божественного начала (Атмы) внутри себя. А Атма — это То, Что совершает действия и наслаждается.
Бог даёт любовь, вдохновение и энергию, но физическое действие в материальном мире совершается через человека. Если человек бездействует, Божественная Воля не проявляется на физическом плане.
ОМ ШРИ САИ РАМ!